Меню
12+

Общественно-политическая газета «Северная звезда»

25.04.2020 09:54 Суббота
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

Испытание на мужество

Автор: Лазарева Е.,

На фото Андрея ПИХУЛИНА: Ф.Н.Любых; на фото из архива Ф.Н.ЛЮБЫХ: курсант Любых (слева) в зоне отчуждения Чернобыльской АЭС (1987 г.); карточка учёта доз радиоактивного облучения Ф.Н.Любых.

26 апреля — День памяти погибших в радиационных авариях и катастрофах. По всей России и в других странах проходят памятные ми­тинги по случаю 34-й годовщины аварии на Чернобыльской АЭС и богослужения в память о жертвах трагедии.

26 апреля — День памяти погибших в радиационных авариях и катастрофах. По всей России и в других странах проходят памятные ми­тинги по случаю 34-й годовщины аварии на Чернобыльской АЭС и богослужения в память о жертвах трагедии.

Авария на Чернобыльской АЭС произошла 26 апреля 1986 года. Её жертвами в первые месяцы стал 31 человек, более 100 человек перенесли лучевую болезнь. В ре­зультате взрыва четвёртого энер­гоблока АЭС территория в радиусе 30 км была заражена, пострадали 19 российских регионов с населе­нием почти 2,6 млн человек.

Город Припять и 187 других населённых пунктов, в которых проживали более 116 тыс. человек, были полностью эвакуиро­ваны. Всего в результате аварии радиоактивными веществами было заражено 50 тыс. кв. км в 12 областях Украины. Пострадала также Белоруссия: было зараже­но 46,5 тыс. кв. км её территории, что составляет почти четверть от общей площади страны. Также по­страдали западные области Рос­сии, в основном, Брянская.

Курсантов Днепропетровской школы милиции, где в 80-е учился Фёдор Николаевич Любых, отпра­вили в район катастрофы на Черно­быльской АЭС спустя год после ава­рии, в 1987 году. В 1986-м главные силы МВД были брошены на Игры Доброй воли в Москву.

Шанс отказаться от службы в зоне отчуждения, в принципе, был. Но страна призывала их исполнить не только гражданский, но и профес­сиональный долг.

— «Дезертирам» пришлось бы покинуть школу и навсегда про­ститься с мечтою о работе в органах внутренних дел, — пояснил Фёдор Николаевич.

Об этом курсантам сказали пря­мым текстом. Возможно, кто-то и предпочёл бы выйти из рядов славных дзержинцев, знай он до­подлинно о мощности взрыва и об уровне радиации в Чернобыле и его окрестностях. Не знали.

Крупнейшей катастрофой со­временности чернобыльскую ава­рию назвали уже потом. Тогда в центральной прессе мелькнули небольшие заметки, короткие, то­ропливые, и тут же пропали. Ре­гиональные средства массовой информации, например, днепро­петровские, вспоминает Любых, писали даже о взрыве, выхлопе. А во всех учебниках ещё долгие годы писали, что реактор ни при каких условиях взорваться не может: са­мое страшное, если останется без воды. Расплавится топливо и, как говорят специалисты АЭС, полу­чится «козёл», это долгие восстановительные работы…

В течение суток курсантов до­ставили в Припять через бело­русский Гомель. В Гомеле при­казали сдать школьную форму, выдали другую, почему-то по­хожую на обмундирование не­мецких солдат Второй мировой. Порой местных жителей, многие из которых ещё помнили наше­ствие фашистских захватчиков, при встречах с днепропетров­ским «десантом» брала оторопь. А мальчишки хохотали в ответ. И потом служили весело, приду­мывая множество невинных за­бав и развлечений, — молодость брала своё.

Но когда часть зашла в зону отчуждения, и курсанты увидели опустевшие деревни, в которых стояла мёртвая тишина, было со­всем не до смеха. Примятые пе­лёнки в детских кроватках, недо­варенный борщ на плите. Люди покидали дома в спешке, остав­ляя годами нажитое. С их уходом время словно остановилось.

Курсанты охраняли населён­ные пункты. Нельзя было до­пустить вывоза заражённых ра­диацией вещей. Везли не только хозяева, чтобы после продать, но и мародёры, среди них — люди самых разных мастей.

Прожитой этап жизни трудно восстановить, тем более — жиз­ни чужой. Рассказ по памяти всегда конспективен. Что-то, с точки зрения самих героев, не важно. Об этом они говорят мимоходом, вскользь. На чём-то особенно заостряют внимание. Люди, побывавшие в горячих точках планеты (и не только на войне), говорят мало, если во­обще говорят.

— Какой был уровень радиа­ции? Понятно было, что высокий на КПП в трёх километрах от реактора: на фотографиях оттуда стеной туман. Наверное, доволь­но высокий — в лесу: там люди не работали более получаса. А леса мы прочёсывали, потому что люди в них тропы прокладыва­ли. Ходили к родным местам, на кладбища к родным могилкам. Случалось видеть, как перед до­мами на колени вставали.

Защищали курсантов от ра­диации только марлевые респи­раторы, «лепестки». У Фёдора Николаевича сохранилась кар­точка учёта доз радиоактивного облучения. Слагал ли он цифры? Едва ли. Во время службы в зоне отчуждения молодых и сильных ребят здоровье не подкачало.

— Да и проходили дезакти­вацию, раз в неделю сдавали кровь, питание было усиленное, четырёхразовое. А вот рядом ребята служили из внутренних войск, говорят, голодали, — вспо­минает Фёдор Николаевич.

Насторожило, когда после воз­вращения из зоны отчуждения у замполита начала идти носом кровь. «Торкнуло», как он гово­рит, через год после окончания службы: «скрутило» командира, Батю. Ещё через несколько лет не стало в живых двух бывших курсантов. Потом судьба ребят разбросала.

Ф.Н.Любых прибыл в Стреже­вой, будучи уже опытным со­трудником уголовного розыска, в 1991 году, в самое, как теперь говорят, «лихолетье». Помимо опыта, в том числе в борьбе с наркопреступностью, у него к «оперскому» делу был настоя­щий талант, к таланту прилагал­ся азарт. Только даже не всё это в Фёдоре Николаевиче главное.

Есть старый хороший кино­фильм «И это всё о нём», а в филь­ме — хорошая песня: «Не надо бояться тяжёлой задачи, а надо бояться дешёвой удачи. Не надо бояться быть честным и битым, а надо бояться быть лживым и сытым. Умейте всем страхам в лицо рассмеяться! Лишь соб­ственной трусости надо боять­ся…». И это всё о нём, о Фёдоре Николаевиче Любых. Таков он и в дружбе, и в службе. Один лишь пример. В декабре 1991 года он оставил службу на Украине, от­казавшись принимать присягу в органах внутренних дел нового, независимого, государства. По­тому что однажды на верность Родине уже присягнул.

В стрежевской милиции Фё­дор Николаевич служил сначала старшим оперуполномоченным, потом начальником уголовно­го розыска. На пенсию вышел с должности начальника отде­ла по контролю за незаконным оборотом наркотиков в 2002 году. Потом работал в службе безопасности градообразующего предприятия. В 2005-м Указом Президента РФ был награждён орденом Мужества.

«...В необычайно сложной об­становке вы уверенно прошли испытания на мужество и стойкость…» — о его службе в Черно­быле. А по большому счёту — не только.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

8