Меню
12+

Общественно-политическая газета «Северная звезда»

06.09.2021 07:35 Понедельник
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!

«Я бы всех сделал героями»

Автор: Монастырёва Т.,

Фото из архива редакции.

«Легенда» — так назывался очерк о Николае Филипповиче Мерже в «Северной звезде» в августе 1996-го.

Подготовила Татьяна МОНАСТЫРЁВА

«Легенда» — так назывался очерк о Николае Филипповиче Мерже в «Северной звезде» в августе 1996-го. В тот год он был избран почётным гражданином Стрежевого, спустя 30 лет после его назначения в феврале 1966-го главным инженером — исполняющим обязанности начальника нефтепромыслового управления «Томскнефть».

Когда Н.Ф.Мержа приехал на север Томской области, НПУ существовало лишь на бумаге. В конце мая, с началом навигации на Оби, нужно было добыть томскую нефть и транспортировать её для переработки. Так сформулировал задачу Томский обком партии. Четыре месяца на всё про всё. За год томские нефтяники должны были добыть по плану 50 тысяч тонн нефти.

Выпускник Азербайджанского индустриального института, Николай Филиппович не остался двигать науку в Баку, как ему предлагали. Начал свой путь оператором по добыче нефти на Кубани в 1954-м. Работал так, что в 1959-м получил орден «Знак Почёта». В 1962-м решительно переместился с юга на север, к большой нефти. Он стал главным инженером укрупнённого нефтегазодобывающего промысла в приполярном Берёзове. Год возглавлял отдел в аппарате объединения «Тюменнефтегаз», однако кабинетная работа была узка в плечах для Мержи. Человек не инструкции и циркуляра, но способный повести за собой в большом деле, он действовал нестандартно: слов и обещаний на ветер не бросал, брал удар на себя, не страшась персональной ответственности.

18 февраля 1966-го Николай Мержа подписал первый приказ по управлению о создании нефтепромысла в составе бригады по добыче нефти и бригады подземного ремонта скважин и трёх цехов: электромонтажного, автотракторного и ремонтно-хозяйственного. В тот момент в арсенале 35-летнего руководителя имелись гербовая печать, блокнот, авторучка и бесценный опыт за плечами. Он работал, казалось, круглосуточно, всегда был в гуще народа.

В очерке «Легенда» от Н.Ф.Мержи прозвучало: «Стрежевой — моя лебединая песня. Лучшего мне в жизни не совершить. Со спокойной совестью могу сказать: да, здесь я поработал. Это моё. Кроме того, на Стрежевой пришлась молодость. А её разве можно забыть? Что я сейчас? Старик, хотя считаю, что ещё пригодиться могу. Но в котлован с рабочим плечом трубу подпереть уже не полезешь, под снегом уже не поспишь. Стрежевские годы самые лучшие. Разве можно это забыть?»

В том, что люди и технологии работают без перебоев, Николай Филиппович всегда убеждался лично. Не потому, что не доверял, готов был сразу помогать и поддерживать.

Интересный факт нашёлся в воспоминаниях о той эпохе у Михаила Яковлевича Худобца: «Теплотрасса, пекарня, столовая, котельная,

баня — в “зародыше” (недострое или нулевых циклах). Плюс ко всему постоянные перебои с транспортом, материалами, отсутствие света, даже керосиновых ламп и свечей.

Одним словом, куда ни кинь, везде клин. На одном из партсобраний, где по сложившейся практике тех лет как раз и решались производственные задачи, в сентябре 1966 года прозвучало ещё одно тревожное сообщение главного бухгалтера НП У Александра Масленникова: “Лимиты все съели, даже по году. Банк грозится поставить крест. Тюмень отмахивается — наша стройка внеплановая, всё брошено на Нижневартовск”. Коновалову (директор конторы бурения) не разрешают помочь даже в разовом порядке — карманы разные. В этой ситуации Николай Филиппович Мержа, и.о. начальника НПУ, даёт указание всем заместителям направить телеграммы в управления Главка о создавшейся обстановке и предложения по выходу из тупикового положения».

Бить в набат, решать проблемы кардинально, не пряча голову в песок, так было при Н.Ф.Мерже: «Мне всё время говорили, что обладаю авторитарным стилем руководства. Я должен был всё знать, за всем проследить. Наверное, был по большей части пунктуально-требовательным. Если давал задание, то обязательно дотошно допытаю, потребую и прослежу за этим делом».

В августе 1972 года газета «Томский нефтяник», орган парткома НГДУ «Томскнефть», опубликовала интервью с начальником управления. В первую очередь он заговорил не о цифрах: «Прежде, чем говорить о нефти, скажу о людях управления. Была бы моя воля, я всех бы сделал героями. Удивительно, наше месторождение самое сложное в Западной Сибири по своим коллекторным свойствам и по механическому способу добычи. Нефтяники работают в сложнейших условиях. Весь коллектив — и промысловики, и инженеры — преданы этой трудной нефти, которая так нужна стране. Ими можно гордиться. Судите сами, в 1966-м мы добыли всего 48 тысяч тонн нефти, а в этом году дадим стране около шести миллионов тонн. Ежегодно промысловики наращивают один миллион тонн чёрного золота.

Учёные, рассчитывая на механический способ добычи, полагают, что нефти хватит на четверть века. Но я думаю, что через 25 лет наука найдёт способ извлекать остаточную нефть, а это от 30 до 70 процентов всех запасов. К 1976 году только на базисном горизонте будет в работе свыше 400 скважин. Так что я считаю — Стрежевому жить вечно».

В трудовой биографии Николая Филипповича было и заведование нефтяным отделом обкома КПСС в 1968-м. Меньше чем через год он вернулся в «Томскнефть» утверждённым начальником нефтепромыслового управления. При преобразовании НПУ в НГДУ Н.Ф.Мержа стал его генеральным директором. Пробыл на этом посту до 1977-го. Затем впал в немилость, не согласившись с решением партийной конференции добыть в 80-м году 12-15 миллионов тонн нефти. Отстаивал свою позицию и на министерской коллегии в Москве, где вновь заявил, что цифры эти нереальны. Врать и приспосабливаться Мержа не мог и не умел.

Будучи отстранённым от нефти, Николай Филиппович возглавил томский филиал «Гипротюменнефтегаза». Затем на его базе он создаст институт «ТомскНИПИнефть» в помощь нефтяникам.

Именем основателя нефтяной промышленности региона, почётного нефтяника и почётного гражданина Стрежевого в нефтеграде названа улица — бывшая Октября, где в 60-е находилось нефтепромысловое управление.

— Если бы мне пришлось повторить, я бы повторил то, что прошёл. Я довольно счастливый человек: не был в застое, не спал. Работал. Может быть, стоило чуточку меньше верить в несуществующие идеалы? — эти слова Николая Филипповича Мержи сохранила для нас магнитная плёнка.

Вот как описывает Мержу Виктор Лойша в своей книге «Пунктир в будущее»:

«Он был человеком выдающимся. В буквальном смысле слова. На любом групповом снимке его узнаешь безошибочно, даже если не видно лица. На голову выше всех окружающих! Блондин неопределённого оттенка. Не очень складная фигура. Про таких говорят: два метра костей.

Болгарский рислинг, появившийся на прилавках Стрежевого, местные сразу же прозвали “мержовкой”. Удлинённые бутылки, бледное оформление… Николай Филиппович, услышав такое определение, не обиделся, а от души расхохотался: удачный образ! Порою даже сам так говорил».

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи. Комментарий появится после проверки администратором сайта.

8